ЕСПЧ: публикации журналиста в Facebook с критикой власти не могут служить доказательством членства в террористической организации

16 июня 2026 года Европейский суд по правам человека вынес решение по делу «Tuncer Çetinkaya v. Türkiye» (жалоба № 79795/17), предметом которого стала правомерность помещения журналиста под стражу по обвинению в причастности к организации FETÖ/PDY и участии в попытке государственного переворота 15 июля 2016 года в Турции.

Заявитель Тунджер Четинкая на протяжении длительного времени работал журналистом и сотрудничал с газетой «Zaman», которую турецкие власти квалифицировали как ключевой медиаресурс сети FETÖ/PDY. После событий 15 июля 2016 года в отношении него было инициировано уголовное производство. При обыске в доме заявителя следствие изъяло книги Фетхуллаха Гюлена, выписки по счёту в Bank Asya, рации и ряд других предметов.

В качестве оснований для заключения под стражу прокуратура указывала на: работу в аффилированных с FETÖ/PDY изданиях, публикацию материалов с редакционной позицией, созвучной позиции организации, профессиональные контакты с другими журналистами, критику действий властей в отношении газеты «Zaman», наличие счёта в Bank Asya, а также поездки в США. Отдельного внимания удостоились публикации заявителя в Facebook, сделанные после введения в газете государственного управления: «Свободные медиа нельзя заставить замолчать», «Zaman не замолчит, даже если замолчат все», «Свободная пресса не будет молчать».

26 июля 2016 года суд заключил Четинкаю под стражу по подозрению в членстве в террористической организации и попытке свержения конституционного строя, впоследствии неоднократно продлевая срок содержания. Лишь в апреле 2017 года — почти через восемь месяцев после ареста — к материалам дела были приобщены сведения о предполагаемом использовании заявителем мессенджера ByLock, который турецкие власти расценивали как средство коммуникации членов FETÖ/PDY. В 2018 году Четинкая был осуждён на семь лет и шесть месяцев лишения свободы.

В ЕСПЧ заявитель настаивал на том, что в момент избрания меры пресечения не существовало объективных данных, способных обосновать разумное подозрение в совершении им инкриминируемых деяний. Суд согласился с этой позицией, подчеркнув: при оценке законности первоначального ареста допустимо принимать во внимание исключительно те доказательства, которые имелись в распоряжении властей на дату помещения лица под стражу.

По этой причине сведения об использовании мессенджера ByLock были признаны нерелевантными для оценки законности ареста от 26 июля 2016 года — они появились в деле значительно позже. ЕСПЧ отдельно указал, что в рамках статьи 5 § 1 (c) Конвенции его задача состоит в проверке наличия обоснованного подозрения на момент ареста, а не в анализе оснований для последующего продления стражи.

Давая оценку журналистской деятельности заявителя, ЕСПЧ констатировал: сам по себе факт работы в издании, которое на момент событий действовало в полном соответствии с законом, без учёта конкретного содержания публикаций и характера личной деятельности лица, не может отождествляться с членством в террористической организации. Статья заявителя о проблемах туристической отрасли Турции, по заключению Суда, выражала его взгляды на вопросы, представляющие общественный интерес, содержала критику государственной политики и не включала никаких призывов к насилию, оправдания терроризма или подстрекательства к восстанию.

Аналогичная оценка была дана публикациям в Facebook: они содержали критику законности и обоснованности введения государственного управления в газете «Zaman», однако не выходили за пределы допустимого выражения мнений. При этом Суд обратил внимание, что власти, ссылаясь на наличие у заявителя публикаций в поддержку FETÖ/PDY, не привели ни одного конкретного сообщения подобного содержания — ни в ходатайстве о заключении под стражу, ни в судебных решениях.

ЕСПЧ также отверг довод о том, что хранение книг Гюлена, наличие счёта в Bank Asya, посещение США, использование раций или поддержание профессиональных связей с коллегами-журналистами само по себе свидетельствует о причастности к террористической деятельности. В частности, Суд прямо указал: факт наличия банковского счёта не способен убедить объективного наблюдателя в том, что лицо обоснованно подозревается в совершении террористических преступлений.

Ссылка Турции на режим чрезвычайного положения и отступление от конвенционных обязательств по статье 15 Конвенции была отклонена: ЕСПЧ подчеркнул, что даже в условиях чрезвычайного положения государство обязано располагать реальными фактическими данными, подтверждающими обоснованное подозрение. Отсутствие таких данных не может быть оправдано ссылкой на кризисные обстоятельства.

По итогам рассмотрения дела ЕСПЧ установил нарушение статьи 5 § 1 Конвенции (право на свободу и личную неприкосновенность) — ввиду отсутствия обоснованного подозрения на момент ареста; статьи 5 § 3 Конвенции — поскольку незаконность первоначального заключения под стражу автоматически влечёт незаконность его последующего продления; а также статьи 10 Конвенции (свобода выражения мнений) — поскольку арест журналиста представлял собой вмешательство в свободу слова, не предусмотренное законом в понимании Конвенции.

Таким образом, Суд подтвердил: журналистская деятельность, критика государственных решений и участие в публичных дискуссиях не могут сами по себе служить достаточным основанием для заключения лица под стражу. Ограничение свободы требует наличия конкретных, объективных и верифицируемых доказательств, а не умозаключений, основанных на реализации гарантированных прав.

Комментарий адвоката

Данное решение ЕСПЧ имеет принципиальное значение не только для журналистского сообщества, но и для любого гражданина, которому может быть предъявлено обвинение с опорой на законную деятельность — публикации в социальных сетях, членство в организациях, профессиональные контакты или банковские операции. Суд однозначно установил: правомерное поведение не может трансформироваться в доказательство преступного умысла только по причине изменившейся политической конъюнктуры.

При возникновении ситуации, когда человеку предъявляются обвинения и ставится вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, критически важно с первых же процессуальных действий обеспечить профессиональную защиту. Согласно позиции ЕСПЧ, именно на начальном этапе — в момент ареста — формируется доказательная база, которая в дальнейшем либо подтверждает законность содержания под стражей, либо опровергает её. Своевременное участие адвоката позволяет зафиксировать отсутствие надлежащих оснований и обжаловать меру пресечения. Если вы или ваши близкие столкнулись с уголовным преследованием, рекомендуем незамедлительно обратиться за квалифицированной помощью — подробнее об этом направлении работы читайте в разделе уголовные дела.

Отдельно следует подчеркнуть позицию Суда относительно доказательств, которые появляются в деле уже после ареста: они не могут ретроспективно легализовать изначально незаконное лишение свободы. Это правило носит универсальный характер и применимо к любому уголовному производству. Если вы считаете, что ваше задержание или арест не были подкреплены достаточными основаниями на момент их избрания, — это самостоятельное основание для обжалования, которое необходимо использовать незамедлительно.

Читайте также

Законодательное закрепление киберзащиты должностных лиц под государственной охраной: суть законопроектаОсновные вопросы пожизненного заключенияЗаконопроект о безвозмездной передаче имущества ликвидируемых шахт территориальным общинам: правовые и экономические аспекты