ЕСПЧ против Украины: суд нарушил принцип правовой определённости, ограничив место протеста у Администрации Президента — компенсация по 900 евро каждому заявителю

Европейский суд по правам человека вынес решение по делу «NAYDYONOV AND VEDUTENKO v. UKRAINE», установив нарушение Украиной пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в части принципа правовой определённости. Суть нарушения состояла в том, что национальный суд, формально лишь определяя порядок исполнения собственного решения, фактически изменил его содержание в ущерб заявителям.

Обстоятельства дела связаны с акцией протеста, которую заявители намеревались провести вблизи здания Администрации Президента Украины на улице Банковой в Киеве. Цель акции состояла в привлечении внимания к уголовному производству по факту похищения пяти транспортных средств, принадлежавших их предприятию: заявители полагали, что расследование ведётся неэффективно и затягивается без объективных оснований. О проведении собрания они уведомили Киевскую городскую государственную администрацию в установленном порядке — акция планировалась в период со 2 июня по 1 августа 2015 года с последующим продлением до конца года. Разрешение на её проведение было получено.

Тем не менее военнослужащие Управления государственной охраны Украины (УГОУ) заняли позицию между заявителями и зданием Администрации Президента, физически препятствуя приближению к нему. В ответ на это Окружной административный суд города Киева своим постановлением от 17 июня 2015 года обязал УГОУ устранить препятствия для реализации права заявителей на мирные собрания непосредственно возле здания Администрации Президента.

Однако уже 26 июня 2015 года тот же суд, устанавливая порядок исполнения собственного постановления, указал, что заявители вправе проводить акцию лишь у ограждения на подходах к улице Банковой — то есть на расстоянии более 100 метров от здания. Таким образом, суд самостоятельно ввёл ограничение, которого в первоначальном решении не существовало.

Анализируя это обстоятельство, ЕСПЧ подтвердил, что статья 263 Кодекса административного судопроизводства Украины действительно наделяет национальный суд правом по собственной инициативе определять способ и порядок исполнения вынесенного решения. Вместе с тем данное полномочие не распространяется на установление новых ограничений, отсутствовавших в исходном судебном акте. По оценке ЕСПЧ, между проведением собрания непосредственно у здания на Банковой и его проведением у ограждения в 100 метрах от этого адреса существует принципиальная разница. Следовательно, вводя подобное условие при определении порядка исполнения, суд фактически изменил суть ранее принятого им же решения, что несовместимо с принципом правовой определённости.

ЕСПЧ также констатировал, что УГОУ располагало правом обжаловать постановление от 17 июня 2015 года, однако этой возможностью не воспользовалось. Суды апелляционной и кассационной инстанций, в свою очередь, выявленное нарушение не устранили, рассмотрев жалобы заявителей без надлежащей оценки указанного противоречия.

Относительно статьи 11 Конвенции, гарантирующей свободу мирных собраний, ЕСПЧ нарушения не усмотрел. Страсбургский суд признал, что вмешательство в соответствующее право заявителей имело место, однако оно основывалось на законе и преследовало легитимную цель — предотвращение беспорядков и преступлений. Кроме того, заявители фактически имели возможность провести собрания 2, 3 и 4 июня 2015 года вблизи Администрации Президента. ЕСПЧ принял во внимание и то, что тематика акции — добиться личного вмешательства Президента в конкретное уголовное производство — носила ограниченный общественный интерес, а потому установленное ограничение не было признано несоразмерным.

По итогам рассмотрения дела ЕСПЧ присудил каждому из заявителей 900 евро в счёт возмещения морального вреда, причинённого нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции, а также по 500 евро в счёт компенсации расходов на юридическую помощь.

Комментарий адвоката

Данное решение ЕСПЧ наглядно демонстрирует одну из наиболее распространённых, но при этом труднодоказуемых форм судебного произвола — когда суд не отменяет собственное решение формально, однако при определении порядка его исполнения фактически выхолащивает его содержание. С практической точки зрения это означает: даже выигранное судебное дело не гарантирует реальной защиты права, если механизм исполнения решения используется для введения дополнительных ограничений. Гражданам и предпринимателям, оказавшимся в подобной ситуации, важно своевременно фиксировать каждый процессуальный шаг и обжаловать любые отступления суда от буквального смысла вынесенного акта — в том числе на стадии исполнения.

Следует учитывать, что обращение в ЕСПЧ становится возможным лишь после исчерпания всех национальных средств правовой защиты, включая апелляционное и кассационное обжалование. В рассматриваемом деле именно бездействие вышестоящих судов, не исправивших нарушение правовой определённости, стало одним из ключевых аргументов Страсбургского суда. Если вы столкнулись с ненадлежащим исполнением судебного решения или произвольным ограничением ваших прав в ходе судебного разбирательства, рекомендуется незамедлительно проконсультироваться с адвокатом — в частности, по вопросам гражданских дел или защиты в рамках уголовного производства, в зависимости от характера спора.

Читайте также

Административная юрисдикция в условиях военного положения: 60% кассационных производств и вопрос баланса прав граждан и интересов государстваЕСПЧ признал незаконным изъятие крымских земельных участков по российскому праву и обязал РФ выплатить компенсацию собственникамЗаконопроект №15387: вручение требования ТЦК без фактического получения не может служить основанием для мер воздействия